?

Log in

No account? Create an account

Золото насилия

Отношение физического насилия к власти примерно такое же, как в былые времена - отношение золота к денежному обращению. Расчеты идут в основном через бумажные купюры или банковские записи, но все это работает потому, что однажды может быть проведен расчет в полновесной монете. Власть осуществляется в основном через акты коммуникации, но это работает потому, что государство может поставить жирную точку. послав на место полицию, а то и кавалерию с артиллерией. Аналогия тем более уместна, что в истории денег на место золота часто приходит государственное насилие (принудительно поддержание курса, сбор налогов деньгами определенного вида). Чем более развитое и сложное денежное обращение - тем реже необходим окончательный расчет, вплоть до полного вытеснения металла из оборота. Биткоины и другие негосударственные валюты обходятся даже и без принудительного поддержания курса. Чем архаичнее госуправление, тем большую долю в нем занимают акты физического насилия. В определенную эпоху, в определенной системе отношений без них не обойтись - рабами трудно управлять без палки, в полюдье не поедешь без дружины. Российская система не столько архаичная, сколько искусственно архаизируемая: полицейский у нас регулярно возникает там, где по здравому размышлению без него можно и обойтись.

В книге американского философа Юна Эльстера "Кислый виноград", в которой, кроме прочего исследуется понятие "автономии" человека. По сути, автономия - то же самое, что старая добрая свобода, но Эльстер, видимо не хочет связываться с коннотациями, которыми свобода обросла в континентальной философии. Определить автономия сложно, но она противоположна гетерономному формированию желаний. Автономны люди, которые "контролируют процессы, при помощи которых формируются их желания, или. по крайней мере, они неподвластны процессам, с которыми себя не идентифицируют". К слову, Ингарден считал относительную автономию от внешних воздействий условием свободы.

"Если даны два человека, которые хотят и свободны делать абсолютно одни и те же вещи, тогда при прочих равных свободнее тот, кто свободен их не делать, а также тот, кто хочет делать больше вещей, которые он не свободен делать"

Юн Эльстер критикует марксизм: "Термин "классовый интерес" - просто сотрясение воздуха, если не проведены следующие различия: Отсылает ли он к интересу класса как целого или к интересам его индивидуальных членов? Отсылает ли он к краткосрочном или долгосрочному классовому интересу? ...Термин отсылает к субъективному классовому интересу, или же к объективному либо фундаментальному инетересу, который приписывается классу внешними наблюдателями? ...Нет причин полагать, что убеждения, сформированные социальным положением, имеют тенденцию служить интересам человека в этом положении".

Read more...Collapse )

 Медицина не всегда знает, как вылечить человека, но она знает много гарантированных способов угробить здоровье. Пить и курить обычно действительно вредно. Экономическая наука далеко не всегда и не во всех ситуациях может указать путь к ускорению роста и увеличению благосостояния, но она знает точно какие шаги правительств ошибочны. И это не просто абстрактные ошибки, а такие, которые часто совершают, потому что по разным соображениям они кажутся спасительными. Например, печатать деньги без счета и кошмарить бизнес. И регулярно появляются такие персонажи как Чавес с Мадуро, которые на опыте своих стран подтверждают, что техника безопасности была написана экономистами не зря.

Мое эссе с таким названием вышло в 1 номере журнала «Знамя» за 2019 год. Тема — социальная роль страданий и «социальная анестезия». 

«По мере нарастания успехов социальной анестезии, страдания уходят с авансцены общественного внимания и, следовательно, всё хуже играют роль ориентиров в нашей жизни вообще и в общественном развитии в частности. Страдания уходят, освобождая место для других ориентиров — вынужденно умозрительных.»

Прочесть можно здесь: http://znamlit.ru/publication.php?id=7148


Итак, о впечатлениях от выставки Фриды Кало и Диего Риверы в московском Манеже.
Это потрясающая история, которую стоило бы выдумать. В 19 лет Фрида попала в катастрофу - автобус столкнулся с трамваем, в результате - множественные сломанные кости, тело пронзено поручнем, повреждения внутренних органов. Год в гибсе, потом многочисленные корсеты, операции, невозможность иметь детей (выкидыши, аборты), в 47 лет- ампутированная нога и смерть от пневмонии. И эта история тоже отражена в картинах, например «Сломанная колонна» - тело в разрезе, вместо позвоночника сломанная в нескольких местах античная колона. Ну и вторая «история страданий»- муж Диего Ривера, всемирно известный художник, на 20 лет старше ее и страшный бабник, изменявший со всеми , начиная с младшей сестры Фриды, чему посвящена картина, где мужчина изрезал женщину ножом, а надпись на виньетке «всего несколько царапин». Она была тоже не ангел, например соблазнила 60-летнего Троцкого (он бы без этого несомненно обошелся) , но ее живопись и ее дневник- прежде всего истории страданий, страданий телесных и страданий от недоступности любимого мужа: «В моей жизни было две аварии: одна — когда автобус врезался в трамвай, другая — это Диего»
Кто был он и кто была она? Он закончил академию живописи в Мехико, потом академию в Мадриде, на грант правительства учился у лучших художников Европы. Она закончила лишь подготовительную школу и училась сама, начав рисовать в больнице. Он был ведущим художником страны, монументалистом - вроде нашего академика Герасимова, ему заказывали роспись стен министерств, театров и бирж, в Мексике и США. Он был похоронен в «Ротонде выдающихся деятелей». Она писала небольшие картинки, успела сделать не так много, участвовала лишь в нескольких выставках в последнее десятилетие жизни, ее первая персональная выставка состоялась в год смерти. Но вот 1954 году ее изломанное тело умирает – и начинает расти тело славы. Ее слава растет, а его - его скорее умаляется. И вот вдруг великого Риверу все чаще вспоминают как мужа Кало. И вот ее картины уже стоят миллионы долларов, становясь самой дорогой живописью Латинской Америки. И вот уже правительство Мексики объявляют ее творчество национальным достоянием. И вот Голливуд снимает о ней фильм со звездами, а ее портреты « с фирменной монобровью» становятся известными как фото Чегевары.
Чудны дела твои, Господи.
Ну а сами картины?
На выставке можно увидеть и Кало, и Риверу. И мое мнение - картины Кало действительно интереснее.
Прежде всего они кажутся технически интереснее, и этому в материалах выставки есть объяснение. Она работала маленькими мазками, которым Ривера завидовал, но на которые у него – художника-монументалиста – не хватало ни терпения, ни времени, 4 квадратных метра маленькими мазками не заполнишь.
Кроме того: в сюжетах картин она была изобретательна почти как Дали, а Ривера был все-таки чем то вроде «соцреалиста», иногда опускаясь просто до кукрыниксовских карикатур маслом («Славная победа», подарок Риверы народу СССР, посвящено вторжению США в Гватемалу).
Наконец, что было у нее, и чего не было у него - эмоциональная вовлеченность. Это очевидно для ее автобиографических картин, но на выставке можно сравнить портреты других людей, сделанных Кало и Риверой - и Кало явно проявляет больший интерес к чужой эмоциональной жизни.
Конечно, в ее картинах воплощена ее биография и они не продавались бы без сопутствующей «истории». Ну а вообще, продается ли живопись без контекста? Чего бы стоил «Черный квадрат» без комментариев? Портрет неизвестного лица, сделанный неизвестным художником стоит меньше, чем точно такой же портрет, контекст которого известен. Картины Кало были бы интересны, даже если бы художник был неизвестен, ну а с приложением биографии - они стали тем, чем стали.

 

Еще на каникулах начал читать книгу-интервью Рене Жирара «Завершение Клаузевица». Жирар – если можно так выразиться «спекулятивный антрополог», начинавший как литературовед и свои антропологические изыскания ограничивший анализом литературных источников и мифов. К анализу Клаузевица он подходит уже с большим набором собственных брендовых концепций, среди которых:

- концепция миметического желания: люди как правило желают то, что желают другие, подражают ближним в желаниях, и приближаясь к объекту желания -  например жене соседа - разумеется сталкиваются с соседом, который оказывается и противником - и образцом для подражания, тут в действие вступает

- концепция миметического насилия; противники в борьбе подражают друг другу, совершают зеркальные поступки и в итоге становятся неотличимыми; хотя субъективно им кажется что они сражаются из-за различий на самом деле источники борьбы их доходящее др тождество сходство, становясь неподконтрольным насилие может лишить все общество различий и вовлечь в водоворот взаимного насилия, но тут в действие вступает

- концепция  учредительного убийства: временно спасти общество от насилия может только выбор «козла отпущения», который объявляется отличным от всех и все объединятся против него. Задним числом убитую жертву можно обожествить и его гибель объявить добровольной.

Read more...Collapse )

На каникулах прочел книгу Алексея Виноградова «От индоевропейцев к славянам. Происхождение славян в контексте индоевропейской истории». Конечно - и это видно из материала, приводимого в книге - тема чрезвычайно темная, данных катастрофически не хватает, и в науке представлено несколько альтернативных гипотез по поводу колыбели славян и индоевропейцев без надежды на консенсус. Но несмотря на то, что Виноградов все это добросовестно показывает, он так выстраивает свою аргументацию, то для дилетанта вроде меня не остается сомнений: нет, иначе и не могло быть! Итак: колыбелью индоевропейцев был север Европы, прежде всего Скандинавия, а также быть может такие территории как Кольский полуостров и Шпицберген. Почти все, что известно про древнейшую миграцию индоевропейских народов включает направление движения с севера на юг. Древние балтославяне, которые отделились от индоевропейской колыбели одни из последних,, и которых в античных источниках иногда называют венедами, населяли большую территорию севера континентальной Европы от Германии до приуралья. Славяне отделились от балтославян после того как спустились южнее, при этом важнейшим импульсом обособления праславян стало активное взаимодействие с ираноязычными народами. Колыбель праславян –лесостепная зона, примерно в районах Киев-Белгород-Воронеж Курск. Именно из этой зоны- с Востока на Запад- славяне пошли покорять нынешнюю Восточную Европу и именно в этот момент появились их первые упоминания в исторических источниках. Этимология самого имени «славян» затруднена, поскольку во всех древнейших источниках они называются с буквой «к» - «склавены» и т.д. Таким образом речь идет не о «слове» и «славе». Виноградов полагает, что этноним происходит от слова «скалва» - осколок, скала, и связан с тем что первым очагом славян в Восточной Европе после прихода из российских лесостепей стали Карпаты, то есть склавяне- это что-то вроде «горцев». Форма без буквы «к» впервые возникла в готском языке где «славане» как раз означало «немые», То есть «славяне» - это «немцы» с точки зрения немцев. Смешно.

Главный герой 1920-х

Важнейшая тема русской литературы 1920-х-начала 1930-х годов – рассказ о том, как оригинальный человек, не обязательно интеллектуал., но человек ренессансный, необычный, пассионарный, воплощающий креативный заряд русской культуры начала ХХ века, – отторгается, а затем и уничтожается наступающей эпохой унификации. «Мы» Замятина. «Зойкина квартира» Булгакова. «Рвач» Эренбурга. «Художник неизвестен» Каверина. «Зависть» Олеши. «Золотой теленок» Ильфа и петрова. «Вор» Леонова. «Гадюка»и «Голубые города» Алексея Толстого. «Козлиная песнь» Вагинова. Можно сказать, что «Доктор Живаго» - это поздний рецидив этой темы. Действие «Живаго» как раз заканчивается в конце 20-х, и в эти годы роман бы выглядел органично. Но самое интересное началось потом: когда иные герои, оказавшиеся винтиками в государственном механизме – в литературе пытались выглядеть творческими, свободными, ренессансными людьми - «Время, вперед» Катаева, «Дорога на океан» Леонова. С другой стороны, действительно ренессансные, свободные герои 20-х годов в 30-х оказываются отрицательными персонажами, шпионами, ворами, белогвардейцами (кем они, вероятно в жизни действительно зачастую были) – расхититель рукописей Дмитрий Бауэр в «Исполнении желаний» Каверина (роль Смоктуновского, между прочим), бывший белогвардеец Протоклитов в «Дороге на океан», замечательный дядюшка в «Судьбе барабанщика» Гайдара. В 30-е Остапа Бендера просто бы выследили и арестовали без всякого сочувствия.

Один из важнейших парадоксов советской (литературной) культуры заключался в том, что писатель открыто или "по умолчанию" объявлялся чем-то вроде "популярного мыслителя", "философа для населения", который должен особо проницательно понимать окружающую реальность, а затем "вести с читателем разговор о главном". Однако, накладывая на писателя столь важные "социально-эпистемологические" задачи, советская культура говорила, что писательский профессионализм сводится к языковым, чисто литературным навыкам, а миссию мыслителя вытесняла в сферу любительства. Получается, что люди с подготовкой филологов оказывались призваны к решению социально-фсилософских, социологических и т.п. задач, причем их филологический инструментарий вполне считался релевантным для этой функции. Это относилось и к писателям, и к критикам и к литературоведам. Филологи интерпретировали Толстого и Достоевского, которые сами не были филологами, в своем образовании филологические знания особо высоко не ценили, и знаточество профессоров словесности не связывали со своим литературным мастерством. За кулисами этого парадокса конечно стояла и цензура, которая не разрешала всерьез, в полную силу заниматься проблемами философии, истории, психологии и т.д.
Как этот парадокс разрешился и разрешается к настоящему времени - сложный и длинный разговор, но пожалуй что представление о миссии писателя "понимать и объяснять" исчезло - а то раньше считалось что и Федор Абрамов, и Юлиан Семенов и братья Стругацких должны каждый по своему объяснять окружающую реальность.

Представим себе, что некий «попаданец» вносит изменение в наше прошлое. Предположим, он убивает братьев Райт в 1900 году, и это убийство ( я понимаю, что это бред, но я прошу допустить такой вариант для наглядности), предотвращает появление авиации. Для чистоты эксперимента также предположим, что «попаданец» к нашему миру и нашему пространству-времени не имеет никакого отношения, допустим, он является из параллельной вселенной и его вмешательство - совершенное чудо с точки зрения нашей причинности. Как это вмешательство в наше прошлое повлияет на наше настоящее? Поскольку сама возможность вмешательства в прошлое означает, что мы рассматриваем прошлое, и всю временную шкалу как нечто реальное, то задача оказывается довольно сложной, и тут возможны как минимум 8 сценариев.
1. Сценарий «Новое будущее». Самый простой сценарий, соответствующий здравому смыслу и обычный для научной фантастики. Изменения в прошлом тут же вызывают соответствующие изменения в настоящем, так что после убийства братьев Райт мы тут же оказываемся в мире без авиации и даже не помним, что авиация когда-то была - это помнит только попаданец из другого мира. При этом, в 1900 году – году потустороннего вмешательства - образуется точка разрыва причинности.
2. Сценарий «Волна изменений». Да, вмешательство попаданца порождает изменения в будущем, но они происходят не мгновенно, от точки вмешательства (1900 года) идет волна изменений. Когда она достигает 1920 года, то мы видим, что в нашей истории имеется резкий разрыв причинно-следственных связей: в мире после 1920 года есть авиация и братья Райт живы, а до 1920 года – нет ни того, ни другого. Правда, никто после 1920 года об этом разрыве не знает, поскольку и память людей, и исторические документы еще не затронуты волной изменений. Разумеется, волна идет и дальше, но проблема в том, что мы в своей точке настоящего тоже движемся в будущее, поэтому возможно, что нас волна изменений никогда не догонит, и мы никогда не узнаем, что Райт были убиты и авиация исчезла, в нашем мире авиация будет – хотя, если бы у нас была машина времени, мы могли бы прыгнуть в 1919 год и увидеть, что никакой авиации нет. Вообще все зависит от того, как соотносятся скорости движения нас в будщее - и догоняющей нас из прошлого волны изменений. Эти скорости измеряются, скажем такими единицами как «час/час-штрих». При этом час-штрих – это единица метавремени, которое доступно только Богу и путешественникам между параллельными вселенными, находящимся вне нашей вселенной , и способным увидеть сразу всю нашу шкалу времени с прошлым, настоящим и (может быть, но не обязательно) будущим.
3. Сценарий «Тотальное изменение». Все как в сценарии 1, только вмешательство порождает изменения не только в будущем, но и в прошлом. Возможно, такие изменения сделают закономерными смерть братьев Райт в 1900 году. В результате, убийство братьев Райт в 1900 году может, скажем, привести к тому, что за 400 лет до них раньше времени умрет Колумб, которому так и не удастся открыть Америку.
4. Сценарий «Двойная волна». Все как в предыдущем сценарии, только изменения в прошлом и будущем по отношению к 1900 году ( точке вмешательства) происходят волнами. Таким образом, у нас образуются два разрыва в причинно-следственных связей, слева и справа от 1900 года- скажем в некий момент эти разрывы располагаются в 1910 и 1890 году. Правда такая картина образуется только при условии, что волны в прошлое и будущее идут с одинаковой скоростью. И тут можно, в порядке смелой фантазии, заявить, что поскольку есть некое «течение времени» из прошлого в будущее, то волна в прошлое идет против течения, а значит медленнее, чем волна в будущее. И с точки зрения метавремени за тот срок, что волна изменений пробежит от 1900 до 1910 года, в прошлое она пробежит в 2 раза меньше – только до 1895 года.
5. Сценарий «Вставленный кадр». Наиболее противоречащий здравому смыслу. Потустороннее вмешательство не вызывает никаких изменений ни в будущем после него, ни в прошлом. События на временной шкале вообще не связаны между собой жесткими причинно следственными ,связями как не связаны между собой кадры на кинопленке - изменения одно кадра не меняет остальных. Изменения в событиях происходят только в тот временной период, пока наш континуум испытывает энергию постусторонних, иноприродных влияний. Как только импульс вмешательства иссякает, кончаются и изменения. Буквально в следующее мгновение все оказывается как было – братья Райт оказываются живыми. Короткий период их убийства навсегда останется периодом разрыва причинно-следственных связей, но об этом разрыве никто никогда не узнает- кроме путешественников во времени и пришельцев из параллельных миров.
6. Сценарий «Упругая причинность». После того, как иномирное вмешательство порождает разрыв причинности, могучие силы причинности нашего мира вступают с ним конфликт. В результате они начинают перестраивать область разрыва, адаптируя ее к цепочкам причинности в прошлом и будущем – логичнее всего ожидать, что волна контризменений придет из прошлого. В результате «рана», нанесенная иномирным попаданцем затянется и через какое-то метавремя братья Райт опять оживут даже и в 1900 году- как будто никакого вмешательства и не было. Правда, могут остаться незаметные «рубцы».
7. Сценарий «Волна исправлений». Комбинация сценариев «Упругая причинность» и «Новое будущее». Итак, попаднец убивает братьев Райт и будущее тут же изменяется – авиации нет в течение всего ХХ века и вплоть до наших дней. Однако, из прошлого (до 1900 года) идет волна контризменений, которая начинает все ставить на свои места, как было до попаданца. Вопрос, догонит ли это волна контризменений наше настоящее- все зависит от соотношения скоростей.
8. Сценарий «Догоняющие волны». Комбинация сценариев «Упругая причинность» и «Волна изменений». После убийства братьев Райт в будущее идет волна изменений, а ей вслед из прошлого идет волна контризменений. Интересно, каково соотношение скоростей движений этой волны. Предположим, что в момент метавремени, когда волна изменений достигает 1930 года, волна контризменений достигает 1925 года. Это значит, что только в периодн между 1925 и 1930 годом будет иметься версия реальности, в которой нет авиации. До 1925 года и после 1930 авиация будет. Мы в своем 2018 годе (или каком там) об этом «аномальном пятилетии» так и не узнаем.
Ну, а как же, спросите вы меня, будет на самом деле? Лично я думаю, что прошлого не существует – в том смысле, что к нему нет доступа и его невозможно воспринять ( в философии эта теория называется презентизм, самым выдающимся презентистом в истории был Анри Бергсон). Поэтому путешествия во времени невозможны - причем не только для нас, но и для выходцев из параллельных вселенных. Но для фантастики и для мысленных экспериментов все эти сценарии, несомненно, плодотворны.
P.S. Удивительно, что даже Азимов в “Конце вечности» использовал только сценарий 1.

Latest Month

March 2019
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow