k_frumkin (k_frumkin) wrote,
k_frumkin
k_frumkin

Category:

Рай и свобода. О «Мигранте» Дяченко

Роман Дяченко «Мигрант» входит в серию романов, кодируемых строками известного студенческого гимна «Гаудеамус». Первым из этой серии был «Вита-ностра - по сути экстремальная метафора образования. В «Вита ностра» мистические силы под угрозой страшных наказаний заставляют юношей и девушек учиться неведомо чему, вызубривать бессмысленные тексты, развивать воображение, и в конце концов превращаться в нематериальные сущности, в элементы вселенского логоса. Но что такое у нас образование? Вчерашние школьники поселяются в неблагоустроенном общежитии, терпят бедность и всяческие физические новации – от первого секса до первого похмелья, учат неведомо что и преображаются до неузнаваемости. «Вита ностра» - это страшноватый сон о студенческом общежитии.

Потом был «Цифровой» - роман о компьютерных играх.

Теперь вот - «Мигрант».

Есть две вещи, объединяющих три этих романа.

Во-первых, все трое посвящены виртуальным реальностям - нематериальным мирам, управляющим материей.

Во-вторых, основной эффект во всех трех романах построен на очень внимательном отношении к психосоматике, к первичным человеческим ощущениям. Здесь мы застаем обжигающий кипяток, страх темноты, бессонницу, ушиб лба, непреодолимый гнев, кровоточащие десна, вонючие носки, волдыри на пятках, ножевые порезы и жгучие обиды. Здесь Дяченко встают в один ряд с нашим «певцом телесности» Сорокиным, но Сорокин – фантасмагоричен и «чернушен», а Дяченко сугубо реалистичны, и стараются удержаться на той грани, где эстетика переходит в раздражающие натуралистические подробности.

В сущности - это романы о теле и нервах. Поэтому они производят впечатление. Это «посознательное» трех романов, а их идеология – кстати, подробно разработанная - с этой «телесной субстанцией» напрямую не связана. Тело все вытерпит, и, рассказывая о теле, можно одновременно рассказывать о чем угодно.

Но о чем же «Мигрант»?

Когда читал этот роман, не покидало ощущение, что на его замысел повлияла моя статья «Тревожный сон и неспокойная совесть утопии», опубликованная в журнале «Полдень, 21 век» (2008,№7).В той статье предлагалось написать литературное произведение об идеальном мире где по непонятным причинам начались странные, фантастические неприятности. В конце бы выяснялось, что этот мир – плод фантазии, чье-то сновидение, и «неприятности» возникают из-за того, что спящий просыпается. Конечно, не я первый придумал нечто подобное… Просто в той статье еще анализировалась «Пещера» Дяченко и отмечалось, что изображенный в «Пещере» мир - явно вымышленный, но в некоторые моменты в него прорывается «настоящая», читательская реальность.

Так или иначе: в «Мигранте» изображается совершенно идеальная планета, без неравенства и нищеты, экологический рай, где еда растет на ветках. Называется планета Раа—ясно, что это как бы Рай. Мир возник без всякой эволюции, просто как творение некоего Творца. Мир этот – не просто материален, он - воплощение идеи в материи. Расплатой становится то, что Раа подвержен серьезным изменениям под влиянием воображения своих жителей. Чувства вины или ночные страхи могут превратиться в страшных чудовищ или цунами червей. Так, кстати, Дяченками объясняется механизм грехопадения – разрушение рая через познание добра и зла. Чтобы бороться с чудовищами воображения, в Раа существует особая система инициации (Пробы), в ходе которой отбирают людей, хорошо владеющих собой, в том числе и своим воображением. Не прошедшие пробу не получают прав полноценного гражданина а оказываются под опекой других граждан.

Кроме того, над планетой летают «стабилизаторы реальности», помогающие планете сохранять видимость материальности, а установило их совершенно уж неведомое, нематериальное «вселенское бюро миграции» - практически, небесная канцелярия. Тем не менее, наступает кризис, когда «стабилизаторы не справляются», и чудовища начинают вырываться наружу. Возможная ассоциация - гибель цивилизации древних в романе Колина Уилсона «Философский камень». Там неконтролируемое подсознание вызывало страшные взрывы.

Впрочем, финал «Мигранта» простоват и политически актуален – что и не удивительно. Чем лучше исходный замысел, тем труднее придумать финал, ему достойный. А финал «Мигранта» делает его похожим на «Пандем» - роман тех же авторов. В «Пандеме» говорится о возникшем на Земле Рае, который его создатель, Творец свертывает, руководствуясь, как видно, правилом, что человеку надо трудится . Главным итогом нескольких десятилетий «райской» жизни стало появление межзведных космических экспедиций.

В «Мигранте», как оказалось, спасти Рай можно только поставив перед обществом важную цель. Видимо, когда сознание занимается «великой целью», оно держит себя в руках, и ему некогда отвлекаться на порождение чудовищ.

Раньше роль такой великой цели играла необходимость развить технологии настолько, чтобы вывести Стабилизаторы на орбиту.

Потом роль такой великой Цели играл сам процесс подготовки к Пробе - он подчинял всю жизнь человека с детства до ранней молодости.

Теперь же – как и в «Пандеме» – речь идет о космической экспансии, тем более что Божественные силы намекают: звезда скоро взорвется, и с планеты надо эвакуироваться.

Если додумать всё это до конца, получается, что райское существование несовместимо со свободой. Если не на тело, так на воображение надо надевать жесткий внешний корсет.
 


Subscribe

  • "В круге первом" и "Волшебная гора"

    Думаю о параллелях между «В круге первом» Солженицына и «Волшебной горой». Общее, конечно – тема «закрытого заведения», и если санаторий у Манна –…

  • «В круге первом»

    Солженицын, на мой взгляд, очень похож на любимого мной Марка Алданова, и для этого есть две причины - одна литературная, вторая бытийная.…

  • О культуре как иерархии

    Размышляю над выступлением Авдотьи Смирновой на Гайдаровском форуме, где она сказала, что культура «в моем понимании этого слова» - в опасности,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments