March 27th, 2013

Возможен ли монолог?

Прочел книгу Андрея Павлено "Пределы интерсубъективности", посвященную критике так называемой "коммуникативной программы"_ то есть стремления все, что можно обосновать из коммуникации и коммуникативного сообщества. К деятелем этой программы в  континентальной Европе  Павленко относит Гуссерля (?), Витгенштейна, Апеля и Хабермаса. На мой взгляд, аргументы автора часто сомнительны, и вообще, у меня сложилось впечатление, что никакой коммуникативной программы, в том чистом и радикальном виде, как это пытался представить Павленко, не существует, как  все критики, автор пытался представить мнения критикуемых доведенными до
абсурда. Книга хороша ясностью изложения и тем, что содержит обзор многих характерных для  философии ХХ века забавных коллизий.
В частности - проблемы "возможен ли монлог", возможно ли высказывание, ни к кому не обращающееся и существующее вне коммуникативного сообщества.
Павленко для демонстрации такого "чистого монолога" приводит спонтанный крик боли, но на это можно привести эволюционно-биологические аргументы, что крик по функциям-0 призыв о помощи или предупреждение об опасности.
  Если же задуматься предельно метафизически...
Всякая вещь обладает бытием-для-других. Ее существование предполагает возможность взаимодействия с другими вещами, а если эти "другие" обладают разумом, тоони могут превратить взаимодействие в обнаружение- восприятие- прочтение- дешифровку. Следовательно, всякое существование есть уже обращенный в окружающее пространство монолог, а  поскольку в этом окружающем пространстве есть другие- то он же и диалог. В этом смысле монолог и коммуникация равные по первичности категории. Коммуникация в обычном смысле слова возможно только как на базе метафизической коммуникации ("существования как коммуникации") как его легкое структурирование. Поскольку ты существуешь, ты в любом случае посылаешь в пространство свой образ, в любом случае воспринимаешься другими и может быть будешь другими  как-то понят- но чтобы быть лучше понятым можно структурировать свое существование-монолог.

Популистские консерваторы против либералов

Любопытная рецензия на книгу Л. Харриса «Будущая американская гражданская война. Популистский мятеж против либеральной элиты»

Либеральный Запад со своими рациональными правилами игры, со своим эпикурейским, по сути, этосом, для характеристики которого Харрис воспользовался фразой Горация carpe diem («лови день»), не готов дать жесткий ответ на смертельный вызов. Поэтому для него собственный этос даже опаснее, чем «угроза, исходящая от культуры, подобной исламу. Ситуация усугубляется тем, что сегодня есть немало американцев, «особенно либеральных интеллектуалов, твердо убежденных в том, что путь к спасению Америки – реформация ее институтов и политики по европейским моделям». Это означает усиление контроля над обществом со стороны профессионалов, принятие мягкого патернализма как единственного реалистического ответа на вызовы XXI века. Под ним подразумевается «невидимая диктатура», гораздо более эффективная, по сравнению с тираниями прошлого. С помощью разнообразных изощренных методов граждане низводятся до статуса «манипулируемых детей».
Столкновением консервативных популистов и интеллектуальной элиты, по Харрису, в значительной степени объясняется «современная напряженность в Соединенных Штатах».
Бунт обычно несет в себе иррациональный заряд той или иной мощности. В связи с этим Харрис обращается к одной из главных идей своей трилогии: «Если бы свобода зависела только от рациональных акторов, делающих рациональный выбор, она давно бы погибла. Иногда, наилучший – и на самом деле единственный – путь сохранить любовь и страсть к свободе – это бесцельные и тщетные, на поверхностный взгляд, мятежи».
За сегодняшним противостоянием консервативных популистов и интеллектуальной элиты Харрис видит «вечный антагонизм между свободой и цивилизацией. Чем больше у вас одной, тем меньше другой».