Categories:

Писатель: философ или филолог?

Один из важнейших парадоксов советской (литературной) культуры заключался в том, что писатель открыто или "по умолчанию" объявлялся чем-то вроде "популярного мыслителя", "философа для населения", который должен особо проницательно понимать окружающую реальность, а затем "вести с читателем разговор о главном". Однако, накладывая на писателя столь важные "социально-эпистемологические" задачи, советская культура говорила, что писательский профессионализм сводится к языковым, чисто литературным навыкам, а миссию мыслителя вытесняла в сферу любительства. Получается, что люди с подготовкой филологов оказывались призваны к решению социально-фсилософских, социологических и т.п. задач, причем их филологический инструментарий вполне считался релевантным для этой функции. Это относилось и к писателям, и к критикам и к литературоведам. Филологи интерпретировали Толстого и Достоевского, которые сами не были филологами, в своем образовании филологические знания особо высоко не ценили, и знаточество профессоров словесности не связывали со своим литературным мастерством. За кулисами этого парадокса конечно стояла и цензура, которая не разрешала всерьез, в полную силу заниматься проблемами философии, истории, психологии и т.д.
Как этот парадокс разрешился и разрешается к настоящему времени - сложный и длинный разговор, но пожалуй что представление о миссии писателя "понимать и объяснять" исчезло - а то раньше считалось что и Федор Абрамов, и Юлиан Семенов и братья Стругацких должны каждый по своему объяснять окружающую реальность.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded